Защита.
Защищаюсь.
Защитите.
Я на «расстреле» на площади. Стаи ворон вокруг и люди, кишащие, кричащие, смеющиеся.
Чувствую, будто бы я — как бельмо.
Я отличаюсь и в меня летят лозунги, лекции, поприще сложенных и не сложенных слов.

Я чувствую себя Жанной д’Арк,
Ещё с рыжими волосами и делающей, по их мнению, «явно что-то не то».
Они потирают руками с радостью; с оскалом, без жалости, с игрой в глазах и азартом кидают все больше и больше прутьев в топку.

Я смотрю без надежды, но и без страха будто бы.
Будто бы весь этот страх — потому что надо бояться.
И все эти путы — словно из шелка,
А вся эта серая мерзость — на самом-то деле прятки того, что не хочет показываться.

Я вижу в них боль, вижу потерянность, вижу НЕЗНАНИЕ.
Вижу потребность в защите, попытку спрятаться средь толпы.
Ведь если кругом и в каждом вокруг отчаяние,
Ты получишь море поддержки, поддерживая целостность темноты.

Рукам не больно. Они заложены за спину. Открыто сердце: «Стреляйте»!»
Теперь действительно не боюсь.
Я вижу лишь небо, души, вижу синицу, смотрящую сквозь меня на запад,
Не умеющую передать или подавить свою грусть.

И кажется, то, что я сейчас на этой площади, — это то, что случилось ведь и по моей вине.
Я что-то не вижу, не умею, что-то не вовремя, что-то и правда «не так» или «не так совсем».

И у меня, и у них намеренья самые лучшие.
Каждый из нас зачем-то пришёл на бой.
Самое страшное, что ни тот, ни другой случай, не показывает кто из всех здесь правда сейчас
остаётся собой.

Правда каждого — таковой не является.
Смысл каждого — существует не далее, чем он сам.
Костёр поджигают.
Стреляет ружьё.
Я остаюсь на нём.
Они остаются там.

17.02.21